Досуг на любой вкус

Проститутки в Екатеринбурге, индивидуалки на любой вкус

Крайнее насилие: за гранью реальности

      Ночь, за окном темно, лишь лунный свет проникает в окно и чуть освещает кровать. На кровати под одеялом лежит девушка. Она спит, но видит страшный сон… она мечется во сне, длинные светлые волосы раскиданы по всей подушке.
     – Нет, нет! Не надо!! – комнату потряс крик.
     Инна резко подняла туловище и включила свет, на лбу испарина, тяжёлое дыхание. Опять этот кошмарный сон, он преследует её уже неделю. Девушка закурила и посмотрела на часы – полночь. Поправила ночнушку – от такого беспокойного сна грудь вылезла наружу. И что же делать с этим кошмаром? Инна не знала. Докурив сигарету, она выключила свет и вновь легла. Попыталась представить что-нибудь приятное и тут же заснула, уставший мозг требовал отдыха, но хорошего сна не увидела, а вновь оказалась в своём кошмаре…
     – Ты признаёшься в своих прегрешениях, ведьма?! – гремит зычный бас.
     Во сне Инна видит себя простой деревенской девушкой. Она стоит в полутёмном зале, факелы по углам разгоняют темноту. Судя по интерьеру – это средневековье, период борьбы с мнимыми ведьмами. Инна стоит босиком на холодном каменном полу, по обе стороны от неё стражники. В зале холодно и пахнет страхом. Инна одета в просторную крестьянскую рубашку и в юбку до щиколоток. Красивые светлые волосы волнами падают на шею и ниже, до середины спины.
     – Ты признаёшься, ведьма, в том, что именно ты вызвала град, который погубил весь урожай? – Инна слышит тот же голос.
     Она поднимает глаза и видит перед собой пожилого мужчину в чёрном балахоне, густая белая борода сильно контрастирует с его одеждой. На груди висит большой крест.
     – Нет, нет, это не я! – кричит девушка и делает попытку убежать, но двое стражников хватают её за плечи и уже не вырваться.
     Мужчина делает шаг навстречу ей, в его черных глазах отражается свет факелов.
     – Ты ведьма и ответишь за свои преступления, ты неспроста приехала в наш город прошлой осенью, это после тебя в нашем городе началась засуха и неурожай. И этот град! – выкрикивает он и бьёт ладонью девушке по лицу.
     Её голова откидывается назад, из разбитой груди сочится кровь.
     – Ты умрёшь, как и все ведьмы, но сначала мы должны получить от тебя признание, таков закон. И смею тебя заверить, у нас для этого имеются средства. Может быть признаешься и тем самым облегчишь свою вину?
     – Мне не в чем признаваться, это не я! – со слезами в голосе кричит несчастная девушка, но этот жалобный плач ничего не меняет.
     – В последний раз спрашиваю… признаёшь себя ведьмой? – грозно спрашивает мужчина.
     Девушка не отвечает, лишь всхлипывает. В комнате тишина, слышно как трещат факелы.
     – Но ты признаешься, во всём признаешься – зло сообщает мужчина и даёт знак стражникам.
     Один из них отпускает девушку и хватает её за подбородок. Долго смотрит в мокрые от слёз глаза, струйка крови из разбитой губы стекает по подбородку, затем другой рукой он резко сдирает с неё юбку. Юбка падает на пол, обнажая тонкие ножки девушки. Стражник опускает взгляд и смотрит на её промежность… промежность девушки обрамляют густые чёрные лобковые волосы, треугольничек лобковых волос явственно виден при неровном факельном освещении.
     – Посмотри, Ганс, у всех ведьм так мохнато там? – обращается он ко второму стражнику.
     – Наверное, когда мы брали жену моего двоюродного брата, у неё также было.
     – В пыточную её – резко произносит мужчина с бородой и отходит к стене. Ключом открывает массивную дубовую дверь и жестом предлагает следовать туда.
     – Нет, нет, не надо! – истерично просит девушка, но стражники хватают её за руки и тащат к двери. Она упирается, падает, и стражники волокут её сопротивляющееся тело волоком по каменному полу. Её рубашка задирается, оголяя красивые белые груди с розовыми сосками, но стражники продолжают тащить её к двери. Каменный пол сдирает кожу с её зада, а зловещая дверь всё ближе. Девушка продолжает сопротивляться изо всех сил.
     – Да перестань ты, нечистая! – в сердцах кричит один из стражников и бьёт её ладонью по голове. Инна чувствует звон в ушах, тело перестаёт слушаться и вот она уже в темноте, ни звуков, ни света…
     Девушка стонет во сне. Она видела этот фрагмент сна несколько раз, но никогда не могла проснуться. Она знает, что будет дальше, и это заставляет её сердце трепетать от страха и нет сил вырваться из этого ночного кошмара…
     Всё тело покрыто мурашками, хотя достаточно жарко. Девушка лежит на деревянном столе, ноги разведены и прикованы к столу стальными кольцами. Руки тоже разведены и прикованы стальными кольцами меньшего размера. Ободранная об пол попка зудит. Но тело имеет возможность двигаться, и девушка начинает активно крутиться, осматривая помещение. Из всей одежды на девушке осталась лишь рубашка, да и она вся вымазана и порвана. Здесь достаточно светло, комната меньше. Свет излучает горящий камин у стены напротив, на стенах два факела. По углам стоят какие-то ящики, на стене висят щипцы, палки, плётки и какие-то иные, непонятные ей инструменты. От всего увиденного девушку пробивает дрожь. Внезапно из полутьмы выходит тот самый мужчина с бородой и два стражника. Стражники встают по обе стороны стола, мужчина напротив.
     – Вверенной мне церковной властью, я ещё раз спрашиваю тебя, готова ли ты сознаться в еретичестве – произносит мужчина, грозно сверкая глазами.
     – Мне не в чем признаваться! Я ни в чём не виновата! – вновь кричит девушка, дергая конечностями.
     – Хорошо, приступим – заключает мужчина и отходит к стене. В тот же миг сильные руки стражника разрывают её рубашку, и вот она уже лежит абсолютно нагая, прикованная к столу. Ноги разведены, и половые губы постыдно раскрыты.
     – Подготовьте тут всё, я скоро вернусь – произносит мужчина и скрывается за дверью. Инна остаётся наедине с двумя стражниками.
     – Пьер, ты когда-нибудь имел ведьму?
     – Никогда, да и не очень хочу.
     – А я, пожалуй, попробую, думаю, что святой отец не будет против.
     Девушка чувствует, как пальцы стражника касаются её левой груди… вот они мнут её грудь, трогают сосок. Пальцы у него холодные, но тем неменее прикосновение приятное. Сосок начинает твердеть. А тем временем ладонь стражника опускается ниже… проходит по животу, ниже, на бедро, ещё ниже, гладит колено. Затем поднимается, касается внутренней части бедра. Инна поднимает голову и наблюдает за ним. А его рука уже ласкает её промежность… пальцы очень осторожно ощупывают половые губы, затем касаются клитора. Девушка стонет и пытается двигать ногами, но ноги надёжно закреплены. Девушке необычайно приятно… её влагалище увлажняется, из груди вылетает новый стон, дыхание учащается.
     И тут открывается дверь и в дверном проёме показывается святой отец.
     – Так что вы тут делаете, лентяи?! – грозно произносит он, заходя в комнату.
     – Решили поразвлечься? Это потом, сперва работа! Готовь инструменты!
     Стражник быстро отдёргивает руку и отходит к стене. Инне уже не приятно, её опять охватывает страх, под пристальным взглядом мужчины на неё накатывает стыд за свою наготу. Пытаясь не смотреть на святого отца, она смотрит в сторону и видит, что стражник снимает со стены плётку и железный прут. Конец прута он суёт в горящие угли камина, а с плетью подходит к святому отцу и ждёт дальнейших указаний.
     – Перевернуть её надо – командует святой отец, и второй стражник, который всё это время стоял сбоку от стола, достаёт из кармана ключ и расстёгивает стальное кольцо на правой руке девушки. Затем освобождает её левую руку. Но ноги остаются в кандалах. Он обхватывает девушку за грудь и держит достаточно крепко, да она и не пытается вырываться. Второй стражник освобождает её ноги, и вдвоём они переворачивают девушку на живот и вновь застёгивают кандалы на её конечностях. На животе лежать гораздо хуже, меньший обзор видимости, да и в кожу груди врезаются занозы.
     – Плетью её, а потом раскалённым железом, – слышит она голос мужчины, – да и воды принеси – возможен обморок.
     Дрожа всем телом, девушка слышит звук открывающейся двери, это один из стражников пошёл за водой.
     – А ты, – обращается мужчина ко второму стражнику, – стой и смотри, в следующий раз всё делать будешь ты.
     – Приступим – произносит святой отец, но девушка его не видит. И в ту же секунду слышит свист и в следующее мгновение всей кожей спины чувствует прикосновение плети. Сначала холод, затем жар, потом волна боли охватывает всё её тело.
     – А! А-а-а!! – комнату наполняет дикий девушкин крик. Она дёргается всем телом, тело, прикованное к столу, мечется во все стороны, но это лишь усиливает боль. А боль уже во всём теле, лишь в том месте на спине, куда опускается плеть, чувствуется жар и холод. Крик не прекращается, ладони рук, охваченные кандалами, сжимаются в кулаки, из глаз текут слёзы боли…
     Нет, нет.. – сквозь сон бормочет Инна, но опять не может проснуться. А в окне уже видны первые признаки зари…
     Мужчина хлещет девушку плетью по спине. Спина уже сплошь покрыта красными рубцами, рубцы начинаются от ягодиц и заканчиваются на лопатках. Девушка истошно орёт и дёргает телом.
     – Ори, ори громче! – в перерывах между ударами кричит мужчина.
     Девушка вся взмокла, мокрые волосы свисают вниз.
     – Прекратите! Прекратите!! – захлёбывается она криком.
     – Ведьме первый кнут! – кричит мужчина, увеличивая силу удара.
     Плеть, рассекая воздух, свистит ещё сильнее, из ран на спине уже сочится кровь. Рубцы очень глубокие, возможно, до нижних слоёв кожи. Сама плеть уже обагрилась кровью.
     Открывается дверь, это стражник принёс воду.
     – Пожалуй, пока хватит, – вытирая пот со лба, произносит мужчина, – давай сюда воду.

Наши контакты